Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:46 

Комната №56

Jenny. Ien
Утонченная чувственность жаждет скотских страстей. (с)
Локи/Малекит
АУ, в котором селвиговы приборы сработали, но частично: руки Малекиту пообрывало, действие Эфира остановлено, но самого Малекита вместе со станцией телепортнуть в Свартальфхейм не удалось. Т.е. станцию эльфов быстренько увели оставшиеся эльфы. Малекит остался на земле, откуда его забрали Тор сотоварищи. Допрашивать, ага.
Где Эфир - непонятно. То ли глубоко засел, то ли Малекит успел его своим передать.
Один по-прежнему на троне. Локи не был "убит" в бою в Свартальфхейме, и Тора в Мидгард насовсем тоже никто не посылал: слишком уж опасен был Эфир, который теперь неясно где.

Комментарии
2013-12-28 в 20:04 

Вместо того, чтобы сработать как предполагалось, приборы доктора Селдвига сработали... неожиданно. Например, переместить здоровенную тушу корабля им не хватило силенок (зато их вполне хватило, чтобы переместить в чужие пространства оторванные руки врага - сначала одну, потом другую), и замешкавшийся, увлекшийся битвой Тор не сразу заметил, что эльфийский корабль пропадает, уходит в невидимость, а когда заметил было уже поздно.
Корабля не было. Эльфы убрались, оставив своего отравленного Эфиром и светом безрукого предводителя.
Тор отчетливо почувствовал, что ровным счетом ничего не понимает в политике эльфов и, вместо того, чтобы в очередной раз обрушить на голову Малекита молот, просто поймал поверженного противника за воротник плаща и рывком поставил на ноги. Эфир вокруг Малекита уже не клубился, как раньше, и было не ясно, уничтожена эта чудовищная сила окончательно, или просто спряталась. Для верности можно было бы и убить эльфа, но Тор здраво рассудил, что так может оказаться еще хуже.
Для верности встряхнув эльфа, бог грома хмуро предложил:
- Ты можешь принять смерть здесь, а можешь быть пленником в Асгарде.
На самом деле, выбора у Малекита не было - как пленник он был гораздо ценнее, чем как еще один мертвый эльф.

URL
2013-12-28 в 20:31 

Одно он успел: скомандовать "уходите".
Воины понимали без слов: они давно открыли свои души королю и предводителю. Чаще всего, правда, он мог только передавать приказы, но не идти против воли, в этот раз пришлось нарушить все правила.
Малекит знал, что его маленькое войско не бросило бы предводителя... и глупо, бессмысленно закончило бы жизнь.
Он решил за других.
Не то, чтобы не приходилось прежде.
Малекит не чувствовал боли - только тупое отчаяние: момент был упущен, миры лениво расползались, удерживать их - все равно, что воду в пальцах, вот только пальцев у него теперь не было тоже.
Он далеко не сразу среагировал на врага и его угрозы. Ненависть пульсировала в срубах конечностей. Но Малекит понимал: он беспомощен, а его смерть означала бы конец надеждам для каждого из них. Никто другой не умел направлять Эфир.
- Я согласен быть пленником, - медленно выговорил Малекит.

URL
2013-12-28 в 20:54 

Такого ответа Тор не ожидал.
Он был почти уверен, что гордый эльф предпочтет смерть, и придется оглушать его, закидывать на плечо и бросать в темницу потемнее. Согласие вынуждало благородного Тора действовать... обходительнее.
- Иди можешь? - поинтересовался бог грома.
Тор подумал, что неплохо было бы сковать Малекиту руки, но рук у эльфа не было, и от этого более-менее выстроенная в голове бога грома картина того, как следует брать пленников, трещала по швам.

URL
2013-12-28 в 21:10 

На лице врага отразилось нечто сродни недоумению. Впрочем, Малекит мог ошибаться. У детей света мимика была излишне... непостоянная.
Поэтому просто ответил:
- Могу.
В конце концов, почему бы и нет? Ему оторвало не ноги, а всего лишь руки. Раны кровоточили, но он мог отчасти контролировать свое тело - наблюдать за болью словно бы издалека, подводя ее к той границе, где она казалась почти терпимой.
Что с ним сделают? Посадят в тюрьму и забудут? Будут пытать?
Возможно, все сразу?
Малекит решил, что это не имеет значения: он должен выжить, и более ничего. Пытки он вытерпит. Асгардцы не сделают ему больнее, чем уже сделали. Во всех смыслах.

URL
2013-12-28 в 21:37 

Нужно было попрощаться с Джейн, пообещать ей, что он обязательно вернется, но чудовищно мешал пленник. Тор даже представить себе не мог, что будет целовать Джейн под равнодушным взглядом существа, которое старше их обоих на целую вечность.
"Прощание придется отложить", - со все возрастающей мрачностью подумал бог грома, после чего разжал пальцы, все еще сжимающие плащ Малекита и, перехватив за пояс одной рукой, притиснул эльфа к себе.
Проорав имя Хеймдалля и помахав молотом над головой, Тор получил то, чего добивался: небо раскололось, и конец луча, открывающий Радужный Мост, упал на них, на секунду ослепив. Дальше было только движение вперед и вверх, уже привычное, но все равно головокружительное.
Когда по стопам ударил искрящийся и переливающийся Радужный Мост, Тор интуитивно прижал Малекита крепче. Кровь эльфа испачкала его плащ, но бог грома не обращал на это внимания, размышляя о более серьезных вещах: вести пленника прямиком к Одину, или для начала попытаться разобраться самому? Точнее, самим - с Локи, от которого Малекита наверняка невозможно будет скрыть.

URL
2013-12-29 в 03:39 

Он уже однажды был здесь, но едва ли узнавал этот мир: в прошлый раз, ведомый местью и единственной целью - Эфиром, Малекит едва ли обращал внимание на окружающие достопримечательности.
Сейчас, правда, тоже не очень-то хотелось оглядываться по сторонам.
Малекит замер лишь на секунду, втянув слишком много отравленного воздуха - в груди жгло, но по сравнению со всем остальным, это ощущение ничего не значило. От сияния золотых башен хотелось зажмуриться - в глазницы будто норовили ссыпать раскаленного камня.
И все же ничего такого, чего нельзя вытерпеть.
А затем враг (его зовут Тор, помнил Малекит, возможно, эта информация была теперь сколь-нибудь ценной) потащил его дальше, в самую сердцевину заносчивого самодовольного *света*.
Малекит хранил молчание. Его попытаются заставить говорить, сомнений нет, но зачем тратить слова просто так?

URL
2013-12-29 в 13:05 

Поймав Малекита за плечо, Тор потащил его дальше, вглубь Асгарда, в узкие неприметные переходы дворца, в которых они с братом играли детьми. Из этих переходов можно было выйти к темницам, при этом не попавшись по пути многочисленным стражам и работникам, уже занявшимся восстановлением Асгардского дворца.
В полуразрушенной тюрьме в целости осталась ровно одна камера - укрепленная от магии богато обставленная комната, в которой держали Локи, сейчас пустующая и находящаяся в изрядном беспорядке после истерики бога обмана. Именно от нее у Тора был ключ.
Не церемонясь с пленником, Тор втолкнул Малекита в камеру, и остановился на пороге.
Опыта допроса у него не было, но несколько важных вопросов задать нужно было все равно.
- Где Эфир? - мрачно поинтересовался Тор. - Он уничтожен?

URL
2013-12-29 в 13:33 

Малекит старался запоминать, куда его ведут.
Это было нелегко: свет слепил и обжигал глаза, и все труднее становилось дистанцироваться, контролировать боль; но он помнил часть этих коридоров - варварски-роскошных, из золота и сияния; очень легко было представить асгардского короля на троне, высокомерно смотрящего на подданых с высоты трона.
Все, чем они были, эти дети света: высокомерие, самоуверенность и... недостаток понимания, вероятно.
Его втолкнули в комнату, которая была когда-то обставлена с той же роскошью, что и залы, разве - намного меньше, но вазы лежали в осколках, грубовато вытесканные стулья беспомощно выставили ножки. По полу разбежались желто-красные круглые предметы, Малекит неловко наступил на один из них, и раздавил - к подошве прилипла ярко и резко пахнущая мякоть. От этого запаха немного замутило.
Допрос начался предсказуемо. Малекит постарался как можно незаметнее прислониться к прозрачному стеклу плечом - еще не хватало упасть.
- Я не знаю, - ответил он, и даже в очередной раз удалось улыбнуться.

URL
2013-12-29 в 18:26 

Эта улыбка на безжизненном лице раненого эльфа разозлила Тора сильнее, чем он ожидал. Было что-то неправильное и одновременно очень страшное в том, как умело сохранять достоинство это существо, потерявшее все, что у него было.
Шагнув ближе, Тор коротко и сильно ударил Малекита по лицу.
- Не нужно мне лгать, - холодно посоветовал бог грома.

URL
2013-12-29 в 18:46 

Удар пришелся по обожженной половине лица. Что-то треснуло с отвратительным звуком, похожим на тот, с каким превратился в лепешку приторно пахнущий круглый предмет.
И тоже потек сок, почти черная, густая и прохладная кровь. Она текла и из ран на месте отрубленных рук, и белоснежный пол наполнило этой багряной почти-чернотой. Асгардский принц даже испачкал подошвы.
Малекит не удержал равновесия, сполз вдоль стены. Мелькнула мысль: подняться будет не так уж просто.
Он смотрел на грязную от собственной крови обувь врага, и едва удерживался от новой улыбки.
- Я не лгу. Эфир... живое существо. Он просыпается к Схождению, но Схождение закончилось. Я не чувствую его, и это означает, что, быть может, он заснул еще на пять тысяч лет, или... или нет.

URL
2013-12-29 в 20:32 

Только когда Малекит осел на пол, Тор по-настоящему понял, что эльф может умереть в любую минуту. И тогда не будет ничего: ни Эфира, ни знаний. Злость прошла в то же мгновение, оставив только усталость и неосознанное неудовольствие от самого себя.
"Не тебя ли иногда коробили легенды Асгарда о том, как бездумно асы уничтожают тех, кто может им что-то дать?" - промелькнуло в голове.
Тор прошелся по темнице, поднял опрокинутую кушетку, поставил к стене и вернулся к сидящему эльфу.
- А говорил, что идти можешь, - с укоризной проговорил бог грома, поднимая Малекита на руки. Эльф оказался легче, чем ожидалось.
Дойдя со своей ношей до кушетки, Тор осторожно, чтобы не ранить лишний раз изуродованные обрубки на месте рук противника, уложил Малекита на нее - он ненавидел пытать и от того, что приходилось допрашивать истекающего кровью эльфа становилось неловко и неуютно.
- То есть Эфир все еще в тебе? - поинтересовался Тор, присаживаясь на стул рядом. - Или уже нет?
Нужно было тащить сюда Локи, Тор отчетливо понимал это - с магией бога обмана Малекит имеет хоть какой-то шанс выжить, без нее вряд ли - но именно этого не хотелось. Так же отчетливо Тор понимал, что если Локи получит Эфир, он может стать опасным не только для Асгарда или Мидгарда, но и для всех Девяти Миров, и поэтому сознательно оттягивал этот момент.

URL
2013-12-29 в 20:49 

- Я шел, - возразил Малекит, но не стал сопротивляться, когда асгардский принц подхватил его, словно дрессированный пес - поноску.
Не время думать о гордости, о том, насколько оскорбительно подобное обращение. Гордость была в том, что они отказались принять условия мирного договора пять тысяч лет назад. Гордость была в том, что Малекит принес в жертву собственных сородичей.
Гордость слишком часто становилась синонимом смерти.
И... в самом деле, что он мог сейчас сделать? Заявить: отпусти меня?
- Я его не чувствую, - очень терпеливо повторил Малекит. - Может быть, внутри. Может быть, нет.
Он не стал добавлять, что Эфир-то бессмертен, в отличие от любого "хозяина", способного управлять или нет.
- Неужели ты думаешь, принц Асгарда, что будь у меня силы призвать его, от тебя осталась бы хотя бы горсть праха?
Было неприятно признавать свою слабость, особенно - вслух, особенно - когда это и так очевидно.

URL
2013-12-29 в 21:01 

- Не знаю, - честно ответил Тор, и осторожно стер пальцами кровь со щеки Малекита. Кровь оказалась неожиданно темной, с резким, острым запахом.
- Я... не могу осознать, что такое Эфир, - признался он после длинной паузы. - Ты говоришь, что он живое существо, но я не могу понять, как живое существо может быть... таким. Зачем оно выбирает чье-то тело? Как ты научился управлять им? Имеет ли оно свою волю, или только подчиняется твоей?
Тор помолчал, а потом медленно продолжил:
- И, если бы сейчас от меня осталась только горсть праха, что стало бы с тобой?

URL
2013-12-29 в 21:14 

- Ты не поймешь, - Малекит отдернулся от прикосновения, и вовсе не потому, что было оно болезненным - скорее наоборот, излишне... аккуратным. Где-то в глубине души Малекит предпочитал удары. Они правильнее. Они на своем месте.
В конце концов, что их объединяет, кроме ненависти? Тор - потомок убийцы почти всех, кого Малекит любил, а сам он отнял жизнь у матери асгардского принца.
- Эфир мертвый и живой. Он наша кровь, наши души, наша жажда жить и неспособность смириться. Если угодно, Эфир - это... - Малекит задумался, остановился, чтобы передохнуть, воздух душил его. - Идея. Без носителя идея мертва - и бессмертна, терпеливо дожидаясь того, кто примет ее. Слабого убьет, как это бы случилось с той женщиной. В руках сильного станет оружием.
Малекит осекся, потому что сказал слишком много: гораздо больше, чем позволяли узы ненависти.
Сказал: я почти отчаялся.
Сказал: я почти потерял веру, и поэтому верное оружие не отзывается на зов.
Асгардский принц посмеется над ним, но что ж? Малекит заслужил и такого, если уж его и его месть остановили игрушки короткоживущих слепых созданий из Срединного мира.
И вместо ответа на последний вопрос добавил:
- Тебе придется поверить мне. Либо убить.

URL
2013-12-29 в 21:24 

В голосе Малекита прозвучала отчаяние, неприкрытое и острое, как оголенные нервы, и Тору невыносимо, до боли, захотелось забрать его отсюда. Поднять на руки и унести в покои, смыть кровь, попытаться вылечить.
Он знал, что это невозможно. Недопустимо. Знал из легенд, что асы убили всех эльфов и превратили в бесплодную пустыню Свальфтархейм. Знал, что это существо убило его мать. И в этом не было никакой справедливости.
Никакой справедливости не было в том, что пленный эльф умирал сейчас в клетке, сделанной для бога.
- Если Эфир спит сейчас в тебе, - медленно, пытаясь уложить в голове чужую странную и непривычную логику, проговорил Тор. Он поверил Малекиту, не сразу, но не поверить было невозможно, - значит ли это, что ты недостаточно слаб, чтобы умереть, но недостаточно силен, чтобы использовать его как оружие? Значит ли это, что Эфир попытается вылечить тебя... или убить?

URL
2013-12-29 в 22:02 

Повисла пауза, которую Малекит не торопился прерывать. Ему послышалась жалость в голосе Тора, и она была отвратительна, еще не хватало, чтобы враг стал его жалеть.
Кровь пробиралась по трещинам обоженного лица и сползала вдоль шеи. Малекит лежал в луже собственной крови, подозревая, что когда Тор оставит его в покое, наедине с мыслями - и ощущениями, будь они неладны, терпеть боль спокойно - или с ухмылкой станет гораздо труднее.
- Мы выжили в мире, который отравлял нас тысячелетиями, но не смогли вернуть его себе. Ты прав, асгардский принц.
И все-таки ухмыльнулся: пусть тот думает, что принес в сердце своего собственного мира опасное оружие, вдвойне непредсказуемое оттого, что осталось без хозяина.
Малекит добавил:
- Эфир как дитя или дикий зверь: может спать долго, но просыпаясь, требует пищи. И найдет ее в любом случае, в чье бы живое тело ни пришлось перебраться.

URL
2013-12-29 в 22:18 

- Когда Эфир переберется в чье-то другое живое тело - ты умрешь? - спросил Тор, не пытаясь больше прикоснуться к эльфу, хотя кровь, ползущая по щеке Малекита, неосознанно раздражала, отвлекая внимание он лица эльфа.
Ухмылки Малекита тоже раздражали Тора, нервировали - он осознавал, что ничего не понимает ни в Эфире, ни в способностях и возможностях эльфов. И нервировали мысли о том, что он действительно притащил в сердце собственного мира, в свой дом, оружие, которое может сравнять его с песком и пылью.
Безумно хотелось, чтобы все встало на свои места, но Тор прекрасно понимал, что это невозможно. Это он притащил сюда отравленную Эфиром Джейн, это он подставил Асгард, и это ему следует отвечать за последствия своих действий.
Не было смысла убивать Малекита, потому что невозможно было убить Эфир, где бы он ни был. Головоломка оказалась слишком сложна, чтобы решить ее мгновенно, сегодня, сейчас, еще и потому, что пленный эльф вовсе не собирался ему помогать.
- Твои воины вернутся за тобой? - поинтересовался Тор невпопад, пытаясь отвлечься от бегающих по кругу мыслей. - Почему они вообще тебя оставили?

URL
2013-12-30 в 07:18 

- Вероятно, да. Умру.
Малекит пожал бы плечами, вот только с его кровоточащими культями это все равно не смотрелось бы как должно. На самом деле, он подозревал, что именно так: Эфир — еще и паразит, который питается хозяином, однако и не дает погибнуть, если тот достаточно силен.
- Ты хочешь попытаться принять его в себя? - спросил напрямик. И сморгнул, оттого что в глаз попала кровь. - Я прав?
Если так, то он недооценил Асгард. В прошлый раз врагов хватило лишь на то, чтобы спрятать «ужасное» оружие — подальше, с глаз долой, и притвориться, будто никогда не существовало. Но времена изменились.
Оружие гниет, ржавеет и покрывается пылью, если бросить в сокровищницу. Эфир неуничтожим, но от запертого — тоже никакого проку...
- Нет. Не вернутся. Потому что я так сказал.
Допрос ничем не напоминал пытки и истязания. Хуже всего, что Малекит по-прежнему не был уверен, понимает ли чуждое ему создание. Чего тот хочет добиться?

URL
2013-12-30 в 09:15 

- Я – нет, - качнул головой Тор, и протянул все-таки руку, стер пальцами кровь, стекающую в глаз эльфа. – Мой брат, вероятно, да.
Очевидным, но невысказанным осталось: «Я бы этого не хотел».
Локи опасен даже без Эфира. Локи один во много раз опаснее гордого, совершенно чуджого эльфа и всех его воинов. С Эфиром Локи станет опасен вдвойне, и этого бог грома вовсе не собирался допускать.
Горячка боя схлынуло, и существо, лежащее перед Тором в луже собственной крови уже не было врагом – только пленником. И этот пленник вызывал у бога грома искреннее уважение тем, что сдался сам, дав уйти своим воинам, тем, что готов был в одиночку отвечать за все, что натворили эльфы. После показательного отправления в Мидгард без магии Тор отчетливо понял, как много ответственности лежит на том, кто ведет в бой других.
- Хочешь пить? – спросил бог грома, не задумываясь о том, что даже вода Асгарда может оказаться для Малекита ядом.

URL
2013-12-30 в 09:40 

Допрос закончился?
Малекит так и не понял, чего от него добивались. Было обидно признавать это, признавать, что замыслы примитивных слепых врагов для него такая же тайна, как для них самих — Эфир и тьма, но что поделаешь?
Малекит только предположил, что этот «брат» явится, и все-таки станет пытаться извлечь оружие. И тогда «хозяина» можно будет... выбросить. В помойную яму. Или что они там делают с трупами врагов?
- Нет, - сказал Малекит, хотя его действительно мучила жажда. Вот только вода не принесла бы облегчения.
А еще появилась неприятная мысль: даже без пыток и истязаний он не протянет долго. Защитный костюм поврежден, маску он снял сам — это был его выбор и его клятва. Какое-то время Эфир будет поддерживать в нем жизнь (если только остался внутри), но недолго.
Бесславная смерть.
Малекит закрыл глаза, вспоминая разговор с Алгримом среди черного песка Свартальфхейма — тогда они оба поклялись не прятаться от яда изменившегося мира, пока не освободят его для остальных, или же умрут, пытаясь сделать это. Снять маски означало отрезать пути к отступлению, к жалкой трусости "мы ведь можем приспособиться".
Все или ничего, решили они.
Кто бы мог подумать, что все завершится вот так.

URL
2013-12-30 в 10:09 

Допрос закончился.
Не потому, что больше Тору нечего было спросить, а потому, что как спрашивать - он не знал. Только одно осталось для бога грома очевидным: он теперь между двух огней. С одной стороны - Малекит в какой-то момент умрет или выздоровеет, а это значит, что Эфир окажется на свободе или в руках противника, умеющего им управлять. С другой - Локи наверняка попытается вытащить Эфир из эльфа, или, если это невозможно, подчинить себе Малекита, если не удастся подчинить себе Эфир. И еще неизвестно, что хуже.
Как перетянуть Малекита на свою сторону, чтобы не охранять его от поползновений брата постоянно, Тор не знал. Вернуть эльфу Свартальфхейм? Если бы это было возможно...
- Я приведу брата, - проговорил бог грома после продолжительных раздумий, про себя отметив, что закрыв глаза Малекит выглядит как покойник, и пояснил: - Он маг и немного разбирается в медицине. И наверняка читал про таких, как ты.
В противовес своих слов, Тор не двинулся и, после еще одной паузы, осторожно спросил:
- Скажи... Эфир вообще можно вытащить из тебя? Без твоего желания?

URL
2013-12-30 в 10:55 

Этого следовало ожидать. Сначала они говорят о лекарях, а потом собираются разрезать на куски. Малекит даже не мог осуждать Тора: если бы у его собственных врагов было нечто, разве побрезговал бы лично вскрыть грудную клетку, череп или брюшину каждому из них?
И еще было легко представить себе это сильное крупное существо выламывающим кости, чтобы обнажить мышцы, суставы, заглянуть внутрь и найти то, что нужно.
Вот только придется его разочаровать.
- Эфир не в плоти или костях, и даже не в крови. Он... - Малекит вздохнул, едва не закашлявшись колючим воздухом, и все-таки решил говорить так, как есть, не поймет примитивное создание — его проблемы. - Встраивается на атомарном уровне. Тебе придется разобрать меня на атомы и отделить Эфир от всего остального, не стану лгать — теоретически такая возможность существует... Но я ведь даже не уверен, что он все еще во мне. Было бы обидно затратить столько энергии, и не получить ничего, правда?
Длинная получилась фраза.
Малекит затаился, выговорив ее, стараясь не дышать. Чем меньше дышит — тем дольше просуществует. Простая математика.

URL
2013-12-30 в 11:09 

Тор качнул головой, хотя собеседник и не мог этого видеть. Из всего, сказанного Малекитом, бог грома понял немного, но из этого складывалось ощущение, что если Эфир и можно вытащить - то чудовищно сложно, почти нереально. А значит... по большому счету, это не значило ничего, но почему-то это обрадовало Тора.
Если Эфир нельзя вытащить, значит, он не достанется Локи. Малекит, не смотря на все свое умение пользоваться разрушительной силой Эфира, был элементарно физически слабее Торова брата, и не так извращенно думал, что делало его менее серьезным противником.
Бог грома поднялся на ноги, со скрипом отодвинув стул. Постоял немного, глядя на едва дышащего эльфа, и молча ушел, коротко щелкнув замком клетки.

***

После возвращения Локи из Свальтфархейма, никто не попытался снова посадить его в клетку. Один лишь тяжело посмотрел на младшего сына и отмахнулся, когда Локи протянул руки, предлагая сковать себя заново. Он не был прощен, но наказывать его более не было смысла, и младший принц вернулся в свои покои и остался там – ждать брата и лечить рану, пусть не смертельную, но все же слишком ощутимую, чтобы просто о ней забыть.
Потом Тор вернулся.
Локи слушал брата, и чем дольше Тор рассказывал, тем живописнее становилось лицо бога обмана.
- То есть, - прервал он Тора, - ты притащил сюда эльфа без рук в котором, теоретически, спит Эфир?
Бог грома согласно кивнул.
- И теперь ты хочешь, чтобы я… выходил его? – продолжил Локи.
- Не дал умереть, - поправил брата Тор.
Локи задумался. Нужно было идти в библиотеку, потом в хранилище. Читать про эльфов (асы почти не писали о других расах, потому что не утруждали себя изучением врагов, предпочитая убивать, зато писали ваны и, что удивительно, ётуны), искать артефакты (которые тоже делали в основном трудолюбивые ванны) и много думать, прикидывать, сравнивать и колдовать: если Тору нужен живой эльф, то его недостаточно просто не убивать – Асгардский воздух довольно быстро сделает это за асов.
Но сначала стоило посмотреть на эльфа и порасспрашивать его. Про Эфир. И про то, приживутся ли, например, у него руки, если их найти и пришить. Локи читал об этом еще недавно – в темнице, и был почти уверен, что да, приживутся, - о проверить не помешало.
- Хорошо, - бог обмана хлопнул в ладони и повернулся к брату. – Ты иди сдаваться Всеотцу. Будет лучше, если он будет знать заранее, чем поймает нас в самый неудачный момент.
- А ты? – мрачно поинтересовался Тор, перехватывая поднявшегося брата за локоть.
- Проведаю пленника, - ухмыльнулся Локи.
И Тор медленно разжал пальцы.

В комнату, некогда бывшую его собственной тюрьмой, Локи ввалился с бинтами, полотенцами и небольшой чашей, из которой поднимался пар, и потому совершенно не походил на асгардского принца.
Коротким взмахом руки бог обмана вернул в беспорядке разбросанные вещи на свои места, и опрокинутый стол и стулья послушно встали на ножки. Сгрудив на стол свою ношу, Локи придвинул жалобно скрипнувший предмет мебели поближе к кушетке, на которой лежал эльф, и уселся рядом на предусмотрительно оставленный Тором стул.
- Привет, - насмешливо поприветствовал Малекита Локи.

URL
2013-12-30 в 12:14 

Все получилось именно так, как Малекит и опасался.
Допрос можно выдержать. Пытки тоже. Боль ничего не значит, если у тебя есть цель — пусть не надежда, но желание отомстить, исправить, пережить ради чего-то, что наступит после. Но его не пытали, забросили, кажется, позабыли вовсе. Он даже не был диковинным зверем, которого асгардцы показывали бы своим детям и смеялись.
Его попросту бросили умирать самой глупой и бессмысленной смертью: от истощения, обезвоживания и отравления.
Раны не заживали. Кровь остановилась, но без защиты костюма поверхность заветрилась до какого-то блекло-сероватого оттенка, еще не гниль, но близко к тому. Каждый вздох давался труднее.
Малекит старался не открывать глаз, потому что в камере, куда его заточили, светился даже потолок. Под веками расползались рыжие блики. Иногда они темнели, и он просыпался — здоровым и сильным, и вокруг была первозданная тьма. Он шел по ониксовым залам Свартальфхейма, чтобы поделиться с женой смешной шуткой: ты знаешь, сказал бы он, мне приснилось, что наш мир разрушен. Ты знаешь, сказал бы он, мне приснилось, что нас почти не осталось.
Улыбающаяся женщина становилась Алгримом. Тот сжимал зубы, на скулах ходили желваки. Алгрим был готов сражаться.
«Я стану Проклятым», говорил он так, что посмей Малекит смалодушничать и выбрать кого-то другого, чувствовал бы себя предателем.
Как будто недостаточно того, что принес в жертву сотни кораблей — последнюю армаду Свартальфхейма.
А потом возвращался свет и боль, но ненадолго. Семья - включая Алгрима, включая тех, кто уже отдал жизни, они все были его семьей, - не хотели отпускать Малекита обратно к страданиям.
«Я должен», - отвечал, кажется вслух, и все труднее отличал явь от грез.
В очередной раз он увидел ётуна-мага — других могла обмануть его асгардская личина, но Малекит видел правду. Свет создан для лжи. Оптические иллюзии и магия личин появилась вместе с его возникновениям.
- Ты мертв, - с трудом разлепил ссохшиеся губы Малекит. - ...Или я. Что тебе нужно?

URL
2013-12-30 в 14:40 

- Я Локи из Асгарда, - представился Локи, выкладывая на стол множество маленьких пузырьков с травяными ядами и смесями, - Асгардский принц, младший сын царя.
Все-таки иллюзии могли обмануть Малекита, хоть свет и создан для лжи. Локи умел лгать виртуозно, потому он и был богом обмана. Правду же он зачастую говорил так, как будто лгал.
- А нужно мне, - Локи задумался, прикидывая, и закончил. - Сейчас мне нужно, чтобы ты не умер. Хотя бы сутки, лучше - больше. За это время я успею придумать, как сделать так, чтобы ты не умер совсем.
У Малекита слезились глаза, казались затуманенными, невидящими. Локи движением руки приглушил свет в камере, щадя эльфа.
- Совсем убрать свет не могу, - насмешливо извинился бог обмана. - Я же не вижу в темноте.
Склонившись над обрубком руки Малекита, Локи сколупнул заветрившуюся серь и поморщился. Ему не нравился Малекит, и не было жаль то, что от него осталось, но любопытство оказалось сильнее жалости. А изучать и разбирать живое существо гораздо интереснее, чем его труп.
- Будет больно, - предупредил Локи, и, вытащив нож, коротко вскрыл небольшую область на обрубке руки. Кровь не хлынула - потекла тонкой струйкой, наглядно демонстрируя степень кровопотери. - Не дергайся, - предупредил бог обмана, отыскав среди разбросанных по столу пузырьков один пустой и выдергивая пробку. Подставил пузырек под струйку крови, набрал до верха.
- Тору зачем-то нужно, чтобы ты выжил, - пояснил Локи, капая чужой кровью на пальцы. Растер, тронул языком. В крови эльфа горчила приторная сладость. - Поэтому если хочешь его расстроить - можешь быстренько умереть, - бог обмана фыркнул, не глядя на эльфа. - Но я бы не советовал.
Капнув в принесенную чашу с теплой водой эльфийской крови, Локи принялся добавлять туда же содержимое баночек, тщательно отмеривая пропорции. Потом сунул в теплую воду палец, размешивая и дозированно выпуская магию, и зашептал заклинания. Он не был уверен, что открытые раны Малекита стоит промывать обычной водой - эльфы слишком уязвимы, для них все в Девяти Мирах может стать ядом. В своей магии же Локи был уверен, а от того, сколько приходилось возиться, создавая одну только воду, бог обмана чувствовал только азарт и любопытство.

URL
2013-12-30 в 15:26 

Новая боль вырвала из оцепенения. Малекит задохнулся, стиснул зубы: к боли можно привыкнуть, но эта отличалась, переходя границу выносимости. Он был, оставался слишком силен: беспамятство избавило бы кого-то другого, а ему оставалось лишь терпеть.
- Ты был в тюрьме, - возразил где-то между двумя прикосновениями кинжала к гниющим
ранам.
Алгрим рассказывал. Алгрим видел ётуна в облике аса за прозрачными стенками клетки. Возможно, этой же самой. Малекит наверняка не знал, но догадывался.
- Ты был пленником, - повторил он, просто чтобы не стонать или не вскрикивать. Стоило обдумать: что будет дальше, что ему следует говорить, как вести себя с этим... магом (его прикосновения причиняли новые муки, но Малекит понимал: это попытка исцелить).
Стоило понять: зачем им это.
Лично этому Локи из Асгарда, который прежде назвался Локи из Ётунхейма.
Вот только не хватало сил на какую-либо стратегию. Все, что он мог, выслушав насмешку (она не была жестокой, но сродни тем чарам, что заставляли страдать, исцеляя) спросить:
- А чего хочешь от меня ты?

URL
2013-12-30 в 18:11 

- Удовлетворить свое любопытство, - улыбнулся Локи, покосившись на Малекита. - Можешь не открывать глаза, если режет свет, - посоветовал он, не обещая, впрочем, озвучивать все, что будет делать.
Вода после магии, крови и трав стала не зелено-алой, как ожидалось, а кристально-синей, прозрачной и совсем чуть-чуть колкой.
Локи смочил водой кончик полотенца, приложил влажный край к потрескавшимся губам эльфа.
- Я нелюбимый и непослушный сын, и Всеотец считал, что я достоин тюрьмы, - фыркнул Локи, отвечая на вопрос Малекита, и спросил уже серьезно, внимательно наблюдая за реакциями эльфа. - Эта вода не ядовита для тебя?
Бог обмана поймал себя на том, что ему невыносимо хочется, чтобы все удалось.

URL
2013-12-30 в 18:56 

Вода скользнула по губам - прохладная, чистая; она отличалась от питательных смесей, которыми они поддерживали свое существование на борту кораблей. Она была слишком настоящая, и казалось, еще пахла неспешно журчащим под прохладой черного ветра ручьем.
Малекит втянул ее с жадностью. Вода мягко снимала жжение в горле, и даже успокаивала боль.
Впервые за много... циклов (он путался в понятиях, отмеряемых ненавистным светом, да и не хотел запоминать чуждые правила времени), он чувствовал себя почти терпимо.
И открыл глаза, воззрился на Локи, сознавая: не понимает гораздо большего.
- Ты не можешь быть в родстве с сыном Бёра. Твоя суть иная... - но Малекит не был так уж уверен в этом. - Но если он признал родство, как можно не любить того, кто... - Малекит задумался, подбирая определение - слов не хватало. - Часть твоего племени?

URL
2013-12-30 в 19:04 

- Ты знаешь, - заметил Локи насмешливо, - у меня тут тяжелая жизненная ситуация, и давай я тебе ее как-нибудь потом расскажу? Когда тебе станет получше и можно будет вытащить тебя отсюда... хотя бы ночью. Я не любитель жаловаться на жизнь умирающим, да еще и в темнице.
Локи убрал влажную ткань от губ Малекита и осторожно приподнял эльфу голову, чтобы тот мог пить, не рискуя захлебнуться. Поднес чашу к губам пленника.
- Маленькими глотками, - предупредил бог обмана. - И немного.

URL
2013-12-30 в 19:40 

Малекит надеялся: Локи не узнает, никогда не узнает, каким усилием воли пришлось сдерживаться, не выхлебать до дна прохладную воду. Должно быть маг изменил саму ее структуру, и должно быть отдал немало сил.
"И если он способен на это, то и на атомы разберет", - подумалось Малекиту, и он отдалился от чаши, снова закрыв глаза и наслаждаясь свежей прохладой в горле и пищеводе. Задергало раны-обрубки, снова проступила кровь - одним словом, возвращался к жизни.
- Что теперь? - спросил он, стараясь не смотреть на вожделенную чашу.

URL
   

Ролевой бордель

главная